[В начале августа 2025 года по очередной просьбе итальянского журнала «Лимес» я написал статью, оригинальный русский текст который помещаю ниже. Статья опубликована в сентябрьском номере этого журнала.
Отдельно приведён перевод моей статьи на итальянском языке.]
Виталий Третьяков
В данной статье я хочу ответить на три вопроса, которые, как я понимаю, выносит на обсуждение редакция «Лимеса» в этом номере журнала.
Первый вопрос: почему, на мой взгляд, многие «европейские лидеры» убеждены в том, что Россия в ближайшие годы вторгнется «в Европу»?
Второй: почему Россия остаётся «идеальным врагом» для Европы?
Третий: что думают русские о том, что «некоторые европейские лидеры» называют «российским вторжении в Европу» – будущим или даже уже случившимся?
Сначала на все три вопроса я отвечу очень кратко, но это не означает, что эти ответы будут неточными. И я сразу приношу извинения за жёсткость моих ответов и то, какими словами я характеризую этих самых «многих европейских лидеров». Ведь и они, причём без всяких извинений, но с немалым хамством, обвиняют Россию и президента Путина буквально во всех смертных грехах, при этом высасывая из пальца (или из пропаганды украинских неонацистов) аргументы и «факты», якобы доказывающие эти обвинения, а также прямо заявляют о необходимости «нанести России стратегическое поражение», дестабилизировать внутреннюю ситуацию в ней и даже развалить нашу страну на несколько то ли государств, то ли территорий. Согласитесь, что при такой брутальности (а равно лживости) обвинений в адрес России и нескрываемом желании уничтожить её нелогично ждать от самой России, по крайней мере от меня как её гражданина и русского, особой куртуазности.
Три кратких ответа
Итак, краткий ответ на первый вопрос. Многие «европейские лидеры» убеждены в том, что Россия в ближайшие годы вторгнется «в Европу», в силу своего идиотизма (можно использовать более мягкое слово – «невежества»), патологической лживости, патологической же русофобии, а также или потому, что боятся отвечать перед своим населением, если оно не будет напугано жупелом «российской угрозы», за плачевное экономическое положение своих стран и подчинённость брюссельской бюрократии.
Ответ на второй вопрос. Россия остаётся «идеальным врагом для Европы» в силу главным образом трёх причин. Первая – историческая традиция: если этот «концепт» использовался всегда, веками, причём успешно, то почему бы не воспользоваться этим ещё раз? Вторая – из-за нежелания назвать реальных врагов классической европейской цивилизации, как внешних (миграция), так и внутренних – либерал-глобалистская часть европейского правящего класса, уничтожающего эту самую классическую европейскую цивилизацию и уже приведшую к обесцениванию Евросоюза как геополитического субъекта и минимизации её экономической мощи. Третья причина: из трёх главных субъектов современной глобальной политики – США, Китая и России, наша страна находится ближе всего – граничит с «Европой», что придаёт этой якобы «угрозе» больше «убедительности». Кроме того, США являются политическим и экономическим сюзереном Европы, а экономической мощи Китая европейская экономика уже ничего не может противопоставить.
О настоящем или запланированном на ближайшее будущее «российском вторжении в Европу» русские думают (ручаюсь за точность содержания, но лексически это выражается, как правило, гораздо грубее) следующее. Это идиотизм «евролидеров». Или утверждается с провокационными целями. Или вызвано страхом «европейских лидеров» перед своими народами, значительная часть которых ничего подобного разумно не боится или даже (и в последнее время всё больше) симпатизирует русским, России, проводимой ею политике, тому, что всё больше и больше как простых, так и хорошо образованных европейцев видят в сегодняшней России единственную наследницу и хранительницу ценностей классической европейской цивилизации периода её расцвета.
Наконец, нужно указать и ещё на два взаимосвязанных аспекта. Так же, как современная «Европа» пытается (и, надо признать, небезуспешно) смыть из исторической памяти грех фактически повсеместного (за редкими исключениями) участия своих стран, правительств, а иногда и народов в войнах и преступлениях гитлеровского Третьего рейха, она пыжится (тоже пока не без успеха) скрыть грех создания из возникшей в 1991 году «независимой Украины» сначала «Не России», а затем и «АнтиРоссии» и игнорирования бесспорно (по всем внутренним и внешним, вплоть до государственной и военной символики, признакам) жёстко националистической, неонацистской и террористической сути и действий нынешнего киевского режима, за покрывательство преступлений которого и его финансирование и вооружение многим «европейским лидерам» ещё придётся ответить.
Страх! Однако не перед «вторжением России», а перед ней, но как перед «причиной» их наказания в будущем, заставляет «европейских лидеров» лгать, обманывая свои народы, а порой, как часто бывает с преступниками, обманывать и самих себя, веря в собственную ложь.
Два зловредных европейских мифа
В контексте нашего разговора стоит упомянуть о двух зловредных, а, пожалуй, и тлетворных западноевропейских мифах, которыми «Европа» заразила и ряд восточноевропейских народов, но особенно их так называемые «элиты».
Первый миф: Россия – это не Европы, а русские – не европейцы. Миф, между прочим, расистский, в гитлеровском изводе – нацистский. А сегодня этот миф является символом веры ещё и любимцев «Европы» – бандеровской Украины. К сожалению, не только её ворующей европейские и американские деньги верхушки во главе с Зеленским, но и значительной части жителей Украины.
Я не буду разбирать этот миф подробно. Просто отмечу, что «европейцы» до сих пор не могут отойти от «цивилизационного шока», вызванного тем, что Россия и русские за один XIX век (хотя этот процесс шёл и раньше) создали для европейской культуры больше, чем большинство народов и стран этого континента (за исключением буквально нескольких стран – Греции на раннем этапе её существования, Италии, Франции, Германии, Испании и Великобритании) за тысячелетия проживания на европейской земле.
В пароксизме этого мифа «европейцы» дошли даже до такого маразма, что противопоставляют украинцев как «европейскую нацию» русским как «не европейцам». Хотя ни один даже сверхобразованный европеец не сможет назвать и двух-трёх фундаментальных примеров вклада собственно Украины в европейскую культуру.
Второй зловредный европейский миф, от которого даже американцы – при всей их геополитической фанаберии, во всяком случае устами Дональда Трампа и его сторонников на сегодняшний момент отреклись, состоит в том, что «Россию однажды всё-таки можно победить». Если не победить, то взорвать изнутри и развалить.
Понятно, что «европейцев» вдохновляют на это события, называемые горбачёвской перестройкой, и особенно события 1991 года. А также распад Российской империи в 1917 году.
Я также понимаю, что негативную подкладку этого мифа составляют такие, тоже шокировавшие «Европу», события (не они только, но они в первую очередь), как «неожиданное» превращение бывшей то ли Руси, то ли Московии, то ли вообще «Тартарии» при царях Иване III и Иване IV (Грозном, а не Ужасном, как переводят на западные языки прозвище этого русского правителя) в мощную и обширнейшую (до Тихого океана) великую европейскую державу. Как появление в начале ХVIII, после разгрома в Северной войне Петром I (Великим) Швеции, Российской империи. Как расцвет этой империи при Екатерине II (Великой), когда «ни одна пушка в Европе без нашего (России) разрешения не стреляла». Как разгром в ходе реально первой мировой войны, развязанной наполеоновской Франций, и самой Франции, и всех её союзников (то есть «Объединённой Европы») — разгром в первую очередь именно Россией, и вход русской армии в Париж. Как, естественно, разгром Россией под именем Советского Союза во главе со Сталиным ещё одной «Объединённой Европы», но уже под гитлеровскими знамёнами. И как, наконец, взятие русской (Красной) армией Берлина с освобождением от гитлеровцев всех лежащих на пути от границ СССР до столицы Третьего рейха европейских стран.
Кстати, сегодня в России не могут не замечать, что состав стран, которые входят в поддерживающую нынешний киевский режим континентальную «коалицию желающих», удивительным образом совпадает с набором союзников Третьего рейха.
Хотелось бы «окончательно решить русский вопрос» – попробовать в третий раз. Вдруг получится?
В надежде и сознательном (или бессознательном, как обычно бывает с мифологией) стремлении добиться успеха, несмотря на катастрофический для Европы провал первых двух попыток, нынешняя «Европа», как всегда, ещё и подстрекаемая Англией, более всего боящейся настоящего и искреннего объединения «Европы от Лиссабона до Урала» (или даже «до Владивостока») пытается превратить миф в реальность в начале XXI века.
При этом даже не замечает своей военно-политической психической болезни, легко диагностируемой через хамскую (что часто бывает с умалишёнными) и бессвязную болтовню «европейских лидеров», которую удачно определил ирландский журналист Брайан Макдональд (Bryan MacDonald), слова которого являются в настоящее время одними из самых популярных в русском сегменте Интернета: «Русофрения — это расстройство, при котором больному кажется, будто Россия вот-вот развалится, и в то же время — будто она завоюет весь мир. Начиная с 2013 года данное заболевание приобрело свойство эпидемии в определённых районах Вашингтона, Лондона и Брюсселя».
Ну а теперь я попробую чуть более подробно ответить на поставленные вопросы.
Россия в ближайшие годы «вторгнется в Европу»
Оставлю за скобками собственно «украинский вопрос», хотя кратко упомянуть его мне ещё придётся. Я подробно разбирал этот вопрос в нескольких своих статьях, опубликованных в «Лимесе» (см.: просьба к редакции дать здесь ссылку на одну-две таких статьи). Возьмём «Европу», так сказать, в границах, очерчиваемых самими «европейскими лидерами», хотя это и неправильно как географически, так и цивилизационно, то есть в границах Евросоюза-НАТО (теперь это фактически одно и то же).
Итак, зачем России в ближайшие или не ближайшие годы «вторгаться в Европу»?
Как известно, если хочешь увидеть будущее, посмотри в прошлое. Так сделаем это.
Если взять два последних (а других и не было) европейских военных похода России с финалом в Париже в 1814 году и в Берлине в 1945 году, то это были ответы на прямую агрессию на нашу территорию, хотя в современном политическом безумии «европейские лидеры» могут отрицать и это. Так что освободительные походы русской армии через европейские государства на пути к этим начавшим войну против России странам никаким «вторжением» считать нельзя.
Когда русская или советская армия вступала на землю Великобритании? Никогда. Испании? Никогда. Португалии? Никогда. Голландии? Никогда. Дании? Никогда. Австрии? Только в 1945 году, освобождая эту страну от гитлеровских войск. Италии? Только один раз – в 1798-99 годах, когда армия Суворова и флот Ушакова освобождали Италию от французов, а последний заодно ещё и греческие острова от них же.
Перечислять в этом ряду более мелкие западно-, северо- и центральноевропейские государства? Думаю, не стоит.
А вот солдаты, офицеры и генералы практически всех этих стран на русскую землю с оружием ступали, причём многие – неоднократно. В наполеоновской армии лишь половину составляли французы. А вторые по численности – немцы и поляки. Но были и испанцы, и многие другие. В русской литературе того времени наполеоновский поход на Россию неслучайно назывался «походом двунадесяти языков», то есть двадцати народов.
Крымская война 1853-56 годов. На русскую землю вступают англичане, французы и, конечно, турки (османы), а тогда Османская империя, между прочим, считалась одной из европейских держав.
Первая мировая война, перешедшая на территории России ещё и в Гражданскую войну. На территорию России – по всему периметру её границ, входят (одни как противники нашей страны в Мировой войне, другие, после Октябрьской революции 1917 года, как союзники царской России по Антанте) войска 14 (по более точным данным – не менее, чем двадцати) государств: Германия и Австрия с запада, Великобритания – на севере и на Кавказе, Франция – на юге (Крым и Одесса). На Дальнем Востоке, кстати, ещё и США и Япония. Я называю только крупнейшие страны.
Вторая мировая война. Хотя «Европа» пытается максимально фальсифицировать и извратить её ход, но правда такова: под знамёна Гитлера в его Drang nach Osten встали практически все европейские страны – включая, увы, и Италию, в том числе и восточноевропейские (Чехословакия, Венгрия, Румыния). И ещё Финляндия. Остальные тоже участвовали в гитлеровском блоке, пусть и воюя не на русской территории, например, Болгария, которая самим своим существованием обязана России.
О восточноевропейских странах я ещё скажу отдельно.
Итак, кто же на кого на протяжении последних не лет, не десятилетий, а веков – нападал? Кто на чью землю вторгался – русские на «европейскую» или всё же европейцы на русскую?
Теперь посмотрим на данный вопрос с другой стороны. Допустим, раньше Россия не вторгалась в «Европу», а теперь вдруг ей или конкретно Путину это взбрело в голову. Зачем?
Чтобы при собственном населении в 150 миллионов человек Россия оккупировала территорию с числом жителей почти в полмиллиарда человек? Абсурд!
Чтобы на досуге заняться урегулированием гигантских миграционных проблем внутри Евросоюза и наводить порядок в «национальных анклавах», куда не решаются заходить коренные европейцы, даже полицейские, в крупных городах? Или чтобы усмирять запредельную европейскую преступность силами русских полицейских?
Чтобы сделать всех европейцев, секуляризировавшихся до неприличия, прихожанами Русской Православной Церкви?
Или чтобы приобщиться к современному европейскому искусству, в котором безобразное ставится выше прекрасного, а глумление над всем и вся является главным художественным методом?
Чтобы регулировать движение по европейским столицам гей-парадов, или улучшить в тамошней системе образования преподавание ЛГБТ+что-то ещё идеологии и культуры?
Чтобы освободить народы Европы от мёртвой хватки брюссельской бюрократии или чтобы кормить эту бюрократию ещё и за русский счёт?
Чтобы захватить природные богатства Европы? А они там есть?
Что вообще есть у современной Европы, кроме блестящего (но не без крови и грабежа колоний) прошлого; кроме переполненных культурными сокровищами, но созданных тоже в прошлом, музеев; кроме всё больше и больше сжимающейся экономики и абсолютной вассальной зависимости от США? Ничего! Ноль.
Нет смысла обращаться к недалёким, но вороватым, циничным и лживым «европейским лидерам», но рядовые-то, нормальные жители Европы, может быть, всё-таки поймут, что, хотя то, что вы называете «Европой», и Россия и были двумя частями единой христианской цивилизации, в настоящем наши исторические и цивилизационные пути, наши ценностные системы разошлись. Вы идёте к своей окончательной гибели, а в России наступил, не без проблем и конфликтов, Ренессанс. Возрождение после «мрачных и смутных 90-х». У нас началась эпоха нового цивилизационного, геополитического и экономического восхождения.
И Россия не собирается «захватывать Европу» ни для того, чтобы её кормить; ни для того, чтобы устраивать в ней «перестройку» а ля Горбачёв или даже а ля Трамп; ни – тем более – чтобы её спасать, как когда-то спасла от гитлеровского нацизма, который, оказывается, так дорог некоторым современным «европейским лидерам». Сами спасайтесь!
Россия и восточноевропейские страны
Тут, конечно, особый случай.
Пояс восточноевропейских государств, многие из которых были и славянскими, и православными, отделял в прошлом Россию от стран Центральной и Западной Европы, а именно там располагались когда-то великие европейские державы, ведший не только за пределами континента, но на нём, войны за территории или за контроль над ними. Главным соперником в этом плане в Европе эти державы видели православную Россию. Естественно, при схватках, которые на этой почве разгорались, независимость восточных европейцев страдала.
Впрочем, почти все восточноевропейские страны и сами не были чужды имперских или полуимперских амбиций. Знают ли «европейские лидеры», всегда обвиняющие в «империализме» только Россию, о проектах «Великой Румынии», «Великой Финляндии» (для России Финляндия, скорее, восточноевропейская, чем северная страна), даже «Великой Болгарии»? И, как правило, это «величие», по мнению авторов этих проектов, должно было распространяться именно на Восток – в том числе и на земли, входившие в состав Российского государства. В случае Румынии и Финляндии – совершенно определённо. В частности, и поэтому Румыния, Финляндия, а не только Венгрия и Чехословакия, шли вместе с Гитлером завоевывать Советский Союз.
Классический пример в этом смысле – Польша, которая веками в виде Польского Королевства, а затем Речи Посполитой вооружённым путём боролась с Россией не только за те земли, которые теперь входят в Украину или Беларусь, но даже осуществила в начале ХVII поход вглубь России и на несколько лет захватила русский престол. Поляки тогда были выброшены за пределы нашей страны, но свою антирусскую и, кстати, антиправославную активность не умерили.
Может быть, нынешние «европейские лидеры» в силу своего невежества ничего не слышали о концепции и лозунге польских националистов «Polska od morza do morza»? Между прочим, имеются в виду Балтийское и Чёрное моря. И территория современной Украины внутри этой «Великой Польши» помещалась.
Правда, амбиции польской шляхты были столь непомерны, а поведение этой страны столь досаждало всем её соседям, что в 1872-1795 годах произошли так называемые «три раздела Польши» между Россией, Пруссией и Австрией. Как видим, отнюдь не только Россия наказывала Варшаву за неразумную и агрессивную политику её властей.
Мечтает ли Москва, о чём постоянно и истерично кричат в Варшаве, напасть на Польшу сегодня? Я отвечу на этот вопрос так.
Однажды, лет пятнадцать назад, когда я в очередной раз выступал в Германии перед аудиторией человек в пятьдесят местных журналистов и политологов, мне задали вопрос как раз о намерении России напасть на Польшу и тем самым принудить её стать союзником Москвы.
Я ответил так: «Ни одному русскому политику, тем более ни одному русскому генералу и в страшном сне не может пригрезиться, чтобы Польша стала нашим союзником. Этого мы можем пожелать только нашим врагам. Теперь Польша ваш союзник – вот вы с этим и живите!»
По рядам моих слушателей пробежал тихий смешок и даже раздались робкие аплодисменты. Немцы прекрасно меня поняли, хотя и не решились выразить это совсем уж явно.
Кстати, в связи с Польшей, ещё несколько слов о проблеме современной Украины. Опять же, только невежда или слепой не может не видеть, не понимать, что о её территориальном разделе грезят не столько в Москве, сколько в Варшаве, Бухаресте и Будапеште (но венгры ведут себя наиболее прилично и скромно), ибо и Польша, и Румыния, и Венгрия имеют исторические претензии на часть земель, ныне относящихся к Украине. Другое дело, что польские и румынские политики мечтают, чтобы вся «вина» за раздел Украины пала на «агрессивную Россию», а они выглядели бы чуть ли не миротворцами, пришедшими спасать своих соплеменников, живущих, соответственно, на северо-западе и юго-западе нынешних де юре украинских земель. Это к вопросу о том, кто и в какие европейские земли может в ближайшие годы вторгнуться.
Литва, Латвия и Эстония, которых в России называют странами Прибалтики. Эти государства, впервые получившие независимость в 1918 году непосредственно из рук большевистской России и почти сразу установившие у себя полудиктаторские режимы, после прихода к власти Гитлера стали фактически союзниками нацистской Германии и её форпостом прямо на границах СССР. Добровольное вхождение (половина населения этих стран это приветствовала) или – по другой версии – насильственное включение в 1940 году всей троицы в состав Советского Союза объяснялось для Москвы военной необходимостью в преддверии нападения гитлеровской Германии на СССР. И, между прочим, помимо желания правителей и части населения этих стран, избавило данные государства от греха быть непосредственными союзниками Гитлера во Второй мировой войне. Но симпатии к Третьему рейху там живы до сих пор. Неслучайно именно в Литве, Латвии и Эстонии, как и на Украине, до сих пор регулярно проводятся марши ещё живых легионеров СС, их потомков и идейных последователей.
В начале 90-х три эти страны стали независимыми. Но лидеры этих отчетливо этнократических (что делают вид, что не замечают, другие страны Евросоюза) режимов до сих пор громче других кричат от «агрессивности России», являясь, наряду с Польшей, на мой взгляд, едва ли не главными провокаторами нынешнего противостояния «Европы» и России. И не зря кричат. Им есть, чего опасаться. Если бы они вели себя так, как во времена Советского Союза вела себя Финляндия, то есть были бы нейтральными, то никаких проблем с Россией – ни реальных, ни потенциальных – у них не было.
Но если с их помощью (к Финляндии теперь это тоже относится) «Европа» сделала, нагло заявив об этом во всеуслышание, Балтику «внутренним морем НАТО», если эти страны будут реально препятствовать (что они уже фактически делают) свободному проходу русских торговых и военных судов по Балтийскому морю, а также морскому сообщению России с её Калининградской областью, то однажды Москва поставит этот вопрос жёстко и, возможно, не только дипломатически. Лично я считаю это необходимым и неизбежным.
Это же относится и к проблеме так называемого Сувалкского коридора на территории Литвы, по которому ранее осуществлялось нормальное железнодорожное сообщение материковой России с Калининградской областью – движение, ныне по инициативе Литвы чрезвычайно затруднённое и ограниченное.
Между прочим, по международному праву, блокирование коридоров, соединяющих какую-либо страну с её эксклавно существующей территорией, является законным casus belli. Я уверен, что рано или поздно Россия вынуждена будет жёстко и категорично поставить и этот вопрос перед Литвой. И, надеюсь, при разумном поведении последней, мирное решение проблемы найдётся.
Быть приграничными государствами (в данном случае и для России, и для «Европы») – это требует особо тонкого, корректного, не конфронтационного, а, напротив, добрососедского поведения правительств соответствующих стран.
Я понимаю, что большинство стран и территорий, ранее входивших в советский блок или непосредственно в состав Советского Союза (а до того – Российской империи), всегда живших под контролем извне (и эта незавидная судьба въелась в их натуру, в политику, лишь формально независимую, их властей и элит), теперь выбрали своими хозяевами Брюссель и/или Вашингтон. Но Россия-то не такова. Она не привыкла, да и не умеет, быть под чьим-то контролем, а те более – управлением. Более пятисот последних лет она живёт так, как считает нужным сама. Это и есть подлинная независимость, реальный суверенитет. А его нужно защищать, причём не только от сопоставимых с Россией геополитических игроков, каковых в мире всего два, но и от мелких и наглых вассалов, пытающихся, надеясь на защиту своих хозяев, ущемить интересы нашей страны. Рано или поздно этому приходит конец. Как это уже случилось с Украиной.
Почему Россия остаётся «идеальным врагом для Европы»
В принципе, всё, что я написал выше, уже даёт достаточно подробный ответ на этот вопрос. Даже сумму ответов. Добавлю немногое.
В нашей стране хорошо помнят слова императора Александра III, получившего прозвище Миротворец за его крайне взвешенную внешнюю политику и за то, что в его царствование, правда, недолгое (с 1881-го по 1894 год), Россия не принимала участие ни в одном серьёзном военном конфликте, но тем не менее настроенного очень консервативно, а точнее сказать, реалистично. Так вот, этот царь-миротворец сказал:
«У России нет друзей. Они боятся нашей огромности. У нас есть только два надёжных друга: русская армия и русский флот! Все остальные, при первой возможности, сами ополчатся против нас».
Во фразе «Они боятся нашей огромности» сконцентрировано практически всё. Тогдашние великие европейские державы, привыкшие до начала ХVIII века (до появления Российской империи) орудовать в «Европе», как в собственной лавке, деля страны и народы, воюя и мирясь только тогда, когда сил на войну уже не оставалось, после Петра Великого замирали перед могуществом России, которое не могло им нравиться.
И когда не могли сами бросить ей военный вызов, натравливали на неё свою клиентелу, большая часть которых состояла из приграничных с Россией стран. Особенно усердствовала в этом Англия, почти всегда стоявшая за конфликтами и войнами между Османской империей и Россией. Она же, а также Франция особо поощряли для борьбы с Россией польскую шляхту. Наконец, страшным сном Англии были дружественные отношения Германии (особенно Пруссии) с Русской империей, когда таковые имели место или даже только намечались. Стравливание Германии и России – это одно из генеральных направлений политики Лондона на протяжении многих веков, включая и нынешний – ХХI-й. И чаще всего Англия преуспевала в этом. События последнего десятилетия тому яркий пример.
Александр III, понимая вес и роль тогдашних великих европейских держав, тем не менее, осознавал могущество и влияние России уже не только в Европе, но и во всём мире, и, как мы видим по приведённым выше его словам, отчётливо видел лицемерие и двурушничество, пусть и основанное на зависимости от этих великих держав, тех, кто ситуативно оказывался союзниками России. Посему и мог позволить себе сказать, когда во время рыбалки ему сообщили о просьбе посла одной из великих европейских держав принять его по срочному делу: «Когда русский царь удит рыбу, Европа может подождать».
А ХХ век – это вообще время постепенного упадка великих европейских держав. До Второй мировой войны они ещё играли ключевую роль в европейской и даже в мировой политике, но после 1945 года, когда на планете появились две глобальные сверхдержавы – США и Советский Союз (то есть Россия), когда половина Европы стала подконтрольной Вашингтону, а другая половина – Москве, когда, наконец, начали распадаться колониальные системы Великобритании и Франции, эпоха «величия Европы» стала стремительно сворачиваться, а её предсказанный Шпенглером «закат» просматривался, несмотря на материальное процветание 60-80-х годов, всё явственнее.
Потому и Сталин, и Брежнев (правда, тот любил не рыбалку, а охоту) могли бы повторить слова Александра III насчёт того, что «Европа может подождать».
Но тут случился Горбачёв со своей перестройкой-катастройкой (последний термин принадлежит хорошо известному на Западе советскому философу Александру Зиновьеву) – и «Европа», обрадованная распадом СССР и решив сделать из России свой «сырьевой придаток» и «политическую колонию», на время воспряла. Однако в алчности своей она стала отхватывать один за другим куски распавшейся Советской империи. Чем в конечном счёте и подавилась. Результат мы имеем сегодня.
Когда я пишу эти строки, я уже знаю, что 15 августа президенты Трамп и Путин встретятся на Аляске. Но, естественно, понятия не имею о результатах этого саммита, к которому «европейцы» столь неистово и нервно пытались присоединиться. И я, работая над этой статьёй, подумал: а что если Трамп с Путиным там, на Аляске, направятся на рыбалку? И когда им в очередной раз сообщат о домогательствах «европейских лидеров», не скажут ли они (или уже сказали): «Когда президенты США и России удят рыбу, Европа может подождать!»
Что же касается мелких сошек и русофобских шавок европейской политики, приведу пример последних. У их правителей есть все резоны пугать других, себя и своё население «вторжением России». Десятилетия вливания в них евросоюзовских субсидий не привело к их экономическому процветанию, а разрыв экономических отношений с Россией резко обрушил доходы населения. И оно непременно свергло бы эти правительства, если бы на территории Литвы, Латвии и Эстонии не были устроены натовские и собственно американские военные базы. Конечно, не как защита от «агрессии России», а как военная гарантия сохранения их власти, пока они верно служат Брюсселю и Вашингтону и постоянно ругают Россию. Против западных военных местное население восстать не решится.
Впрочем, сколько этого населения осталось? На треть, а то и вдвое меньше, чем было при их выходе из «ужасного Советского Союза».
Знаете, как в России называют Литву, Латвию и Эстонию? Прибалтийские вымираты. От «эмираты» и «вымирать». Будешь тут бояться собственного населения и пугать его «русской угрозой».
Кстати, примерно так же обстоит дело практически во всех восточноевропейских странах, вошедших в Евросоюз и НАТО.
Что думают русские о «российском вторжении в Европу»?
Выше, пусть и кратко, я ответил на этот вопрос. Добавлю следующее.
Во-первых, как я уже сказал, в России нет ни одного серьёзного человека, а тем более политика, который бы спал и видел, как русская армия «вторгается в Европу». То, что из уст некоторых слишком активных пропагандистов такой тезис периодически звучит, ещё ничего не значит. Горячие головы и острые языки есть везде. Но ни одно официальное лицо о таких намерениях, даже в гипотетическом плане, ни разу не упомянуло. Что и понятно. Проблему обеспечения военной безопасности России с запада наша страна способна решить без всякого вторжения.
Да, у очень многих есть желание после того, как «украинская проблема» будет решена в интересах национальной безопасности России, наказать Европу экономически. Сильно наказать. Я сам отношусь к числу таких людей и буду против того, чтобы однажды Россия возобновила поставки в большинство европейских стран наших нефти, газа, древесины и ещё некоторых природных ресурсов в прежних объёмах и по прежним ценам.
Во-вторых, русские смеются над «европейцами». Над их невежеством (пусть благодарят тамошнюю систему образования и собственные медиа). Над глупостью и шутовством «европейских лидеров». Над тем, что в Европе называется толерантностью – обязанностью терпеть то, что тебе не нравится, даже то, что тебе противно. И над политкорректностью, заменившей цензуру. Над меньшинствами, которые навязывают свои вкусы и нравы большинству. Над когда-то образцовой европейской демократией, выродившейся в то, над чем и сами европейцы теперь то ли смеются, то ли плачут. Над тем, как США вьют из европейцев верёвки, заставляя их отказываться от дешёвых энергоресурсов и покупать американские товары втридорога. Над поеданием насекомых. Над их, европейцев, наведённым сверху страхом перед Россией, хотя все главные угрозы Европе лежат внутри её – брюссельская бюрократия, безумная миграционной политика и отказ от собственных ценностей.
Наконец, русские смеются над армиями европейских стран, да и над хамскими и воинственными, но от этого не менее глупыми заявлениями тех европейских политиков и военных, которые утверждают, сами зная, что врут, что однажды они нанесут России поражение на поле боя.
Закончу вот чем. Так уж повелось, что когда в России ведут ребёнка к зубному, например, врачу, а он, естественно, нервничает и упирается, то ему говорят: «Не бойся, он тебя не съест!»
Так и Европе я хочу сказать: «Не бойся, Европа! Россия тебя не съест!»
И раньше не съедала, когда ты была гораздо вкуснее. А сейчас что? Каша из червяков и хлеб из насекомых…
Но если, конечно, Европа в очередной раз, теперь во главе с какой-нибудь «воительницей» Урсулой фон дер Ляйен (громить всяких «фонов» нам не привыкать – трижды Берлин брали), попытается покуситься на Россию, то тогда придётся нам саму эту Европу укусить. А, может, и откусить от неё кое-что. Исключительно в педагогических целях.
0 комментариев